Нетривиальный гид  Дарина Венгер

Возвращение блудного Рембранта

Харменс Рембрандт, «Возвращение блудного сына». 1668 г. Эта картина написана мастером незадолго до смерти. В основе — притча из Евангелия от Луки, которую рассказывает Иисус фарисеям. Американский историк искусства Сьюзен Донахью Курецки отмечает, что в религиозных спорах конца XVI века о спасении души «католики использовали притчу, чтобы доказать важность покаяния и церковного таинства исповеди, в то время как протестанты считали ее столь же ярким примером Божьей милости к одумавшимся грешникам». Сюжет притчи занимал художника много лет и к старости он решил написал не по заказу, а по собственному почину, эту картину, как будто подводил итог жизненного пути. Вот несколько тайн, которые мастер зашифровал в своей картине: 1. Отец. Фигура старика повторяет форму арки позади него. По словам Курецки, «по сути, старик предстает в роли дверного проема, через который блудный сын достигает искупления». 2. Младший сын. Оборванный молодой человек застыл в молитвенной позе. В притче он говорит: «Отче! Я согрешил против неба и пред тобою». Здесь блудный сын написан спиной к зрителю, который, таким образом, как бы оказывается следующим в очереди на покаяние. 3. Старший сын. Сам Рембрандт не оставил пояснений, кого еще он изобразил на этой картине, но многие исследователи считают мужчину в богатом одеянии, похожем на плащ хозяина дома, старшим братом главного героя. 4. Рельеф. Изображенный на стене человек с дудкой и свиньями — напоминание о злоключениях блудного сына. Чтобы не умереть с голоду, ему пришлось наняться на самую неприятную работу: пасти этих животных, считающихся у иудеев нечистыми. 5. Сандалии. Оборванец на картине наполовину разут. В этом усматривают параллель с эпизодом из Книги Исхода, когда Бог говорит Моисею, созерцающему неопалимую купину: «Сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая» (Исх. 3:5). Таинство исповеди в грехах и божественного прощения — тоже «территория» священного. 6. Руки отца. Кисти рук выглядят по-разному: левая, более грубая и мускулистая, — «мужская», изящная правая — «женская». Католический богослов Хенри Науэн полагал, что это неслучайно. По его мнению, персонаж символически соединяет в себе оба вида родительской любви, отцовскую и материнскую, поскольку это образ Бога. 7. Фигуры на заднем плане. Вероятно, это слуги отца. На более ранних офорте и рисунках Рембрандта на ту же тему домочадцы заняты делом: забивают тельца, несут оборванному юноше богатые одежды. На картине все обитатели дома застыли, созерцая момент воссоединения отца с сыном.